Сочинение «Самый главный сказочник»

О своей жизни он рассказал в автобиографических очерках «Сказка моей жизни» «Приключения моей жизни». Семья была бедной и ютилась в одной комнате, где вместе с домашними вещами стоял и сапожный станок. Отец его тянулся к знаниям и культуре, учил сына видеть и понимать мир природы. Над его станком висела книжная полка, он читал своему сыну комедии классика датской литературы Л. Хольберга, басни француза Ж. де Лафонтена и сказки «Тысячи и одной ночи». Отец умер в 1816 г. С 1813 г. матери пришлось зарабатывать на жизнь стиркой. В 1819 году, без денег, но желая увидеть мир и получить образование, Андерсен подался в Копенгаген. Первые три года неуклюжий и простодушно-надоедливый провинциал-фантазер, одетый в перешитые на него вещи отца, старался связать свою жизнь с театром.

Он учился пению, посещал балетную школу, старался стать драматическим актером и писал — стихи, трагедии и драмы. В 1822 г. Андерсен отдал в театр драму на древнескандинавский сюжет «Солнце эльфов». Произведение было незрелым, но рецензент театра смог увидеть талант в этому почти неграмотном юноше, и совет директоров решил добиться для него гимназийной стипендии.

Семнадцатилетний юноша попал во второй класс латинской школы, где учились мальчики. Несмотря на насмешки товарищей, он ее закончил. На протяжении своей жизни Андерсен посетил Италию и Германию, Испанию и Францию, Англию и Швецию, Португалию и Грецию, Балканы и Северную Африку, Малую Азию, путешествовал Дунаем и Черным морем, собирался посетить Америку. Его подорожные заметки, живо и захватывающе написанные, открывали мир современным ему жителям Дании. Романтическая фантазия, точные зарисовки, иногда выдуманные, но всегда подсказанные действительностью эпизоды захватывали читателя. В музее Андерсена хранится его дорожный баул и рядом с ним канат, который он возил с собой на случай, если в гостинице, где он остановится, возникнет пожар и ему нужно будет спасаться через окно. «Кто путешествует — живет!» — утверждал писатель. В 30-х годах Андерсен написал шесть романов. «Импровизатор», «Лишь скрипач» имели успех. Для датской литературы, где романтическое направление удерживало свои позиции, романы Андерсена имели большое значение. Его сравнивали с В. Скоттом и В. Гюго.




Имя Андерсена вошло бы в историю датской литературы, даже если бы он создал лишь романы, пьесы, стихи и подорожные очерки, но всемирное признание ему принесли сказки. Во всех произведениях датского сказочника ощущается его талант создавать короткие, яркие, образные зарисовки, характеризовать явление одним словом, одной фразой, что особенно специфично для сказки.

Особое настроение, сформированное еще в детстве, делало поразительно убедительным все, о чем он рассказывал, то ли это истории о троллях, феях, русалках, или о других чудесах. Исследователи не раз отмечали, что для героев Андерсена совсем не трудно переходить из мира чудес и фантастики в мир быта и реальности. Между ними отсутствуют непроницаемые границы. Началом его творчества как сказочника нужно считать 1835 г.

Удивление рецензентов вызвало отсутствие поучительности в сказках Андерсена, уничтожение границ между общественными прослойками, отсутствие обычного уважения к принцам и королям. Нельзя также было согласиться с тем, что к детям обращались без обычной снисходительности. А это все как раз и является ярчайшими индивидуальными особенностями сказок Андерсена. Сам Андерсен в то время еще не считал, что он, в конце концов, нашел себя самого.

Сборники последнего этапа писатель называет «Историями», сказки которого все ощутимее приобретают черты реальности, героями своих произведений делает великих современников, ученых и художников, например, скульптора Торвальдсена («Детская болтовня»). Писатель хочет привлечь внимание к почти сказочным возможностям человеческого ума и таланта. Но не только величественное интересует Андерсена в эти годы. Он как всегда обращает внимание на обычного человека и его заботы. Сказки «Скрыто — забыто», и др. рассказывают о самых обычных людях.

Особенно своеобразна «Ледяная дева», которая синтезировала в себе открытия предыдущих лет. В ней стремление к достоверности и реалистичности объединяется с богатой фантазией, а психологизм в изображении человеческих характеров совмещается с воспроизведением представлений мира животных. Легкий авторский юмор пронизывает рассказ о жизни охотника и его любимой. Тема «Ледяной девы» близка к «Снежной королеве», тем не менее Андерсен, поместив своих героев в реальную действительность (они живут в реальном кантоне Валлис, читают Дж. Байрона и т.п.), не смог даже с помощью сказочных сил укротить зло.

Всемогущей становится Ледяная дева, а не самоотверженно любящая Бабетта. Фантастика, связанная с Ледяной девой, воссоздает непонятные силы современности, которые убивают в человеке доброе начало и заставляют его действовать будто наперекор самому себе. Любовь перестает быть всемогущей, как в сказках двух первых периодов. Сила переходит к таланту и знаниям: об этом свидетельствуют сказки о ученых и научных открытиях.

Высоконравственная позиция показывается в том, как писатель раскрывает красоту природы — он считал ее источником своего творчества, учил своего читателя вглядываться в окружающий мир и любить его. При этом не сам описывает увиденное, а заставляет своих героев переживать чудо, которое зовется природой: в «Диких лебедях» — во время странствия сестры на крыльях братьев, в «Райском саду» — в рассказах ветров. Сочувствуя дорогой Русалочке, читатель по-новому видит то, что он мог бы и не заметить, и учиться ценить тот будничный мир, который все время окружает нас и который действительно наполнен преисполненный реальным.

Андерсен не морализирует даже там, где осуждает своих героев. Идя в ногу со своим временем и даже в чем-то опережая его, великий сказочник, изображая события, заставляет самих читателей задуматься над содержанием того, что происходит, и самостоятельно сделать выводы. Его не привлекает просветительское стремление все объяснить читателю, его собственная фантазия открывает пространство для мысли, как это было присуще отчасти романтическому искусству и продолжено реалистами конца XIX столетия, когда интеллектуализация стала одной из главнейших примет литературы. Андерсен решает эту проблему по-своему, обращаясь к сказке. 40-е годы — это новый и высочайший взлет сказочного творчества Андерсена.